Harry Potter & the Cursed Child

Пожалуй, единственное, что после себя оставило чтение этой пьесы — это разочарование. Но не только в ней, а о саге о Гарри Поттере в целом. Потому что я так устала от того, что абсолютно всё в нашем с вами мирке коммерциализируется и монетизируется. Бабло баблом, но нельзя же настолько продаваться, особенно, если вроде бы от этих денег не зависит твоя жизнь. Должно же остаться хоть что-то человеческое в человеке, или это моя проблема, что я не могу избавиться от своей наивности?

harry_potter_and_the_cursed_child_special_rehearsal_edition_book_cover

 

О «Проклятом ребёнке» я слышала как плохое, так и хорошее и хорошее в основном исходит от тех, кто либо с этими семью книжками рос, либо уже прятался с ними от взрослой жизни. Мол, возвращение в те старые добрые времена, когда было всё так просто и понятно, мол, дядя Гарри Поттер он такой же, как и мы, со своими дурацкими взрослыми проблемами, ах, спасибо за два часа счастья. Спасибо за кило memberberries. Пусть на самом деле это какаха, но всё равно спасибо, что вернулась.

Я ведь не буду оригинальной, если скажу, что можно свою благодарность выразить, в таком случае, любому ГП-фанфику из тысячи, которые лежат в сети и при этом совершенно бесплатны, а качеством стоят где-то на одном уровне. Потому что я вообще не верю, что Роулинг принимала хоть какое-то участие в создании этого текста, а имя её стоит на обложке потому что так надо. Ибо сколько бы косяков ни было у оригинальной Поттерианы, тупостью она никогда не отличалась, а «Проклятое дитя» — это очень и очень тупое произведение. Там не осталось ни одного умного или проницательного персонажа, логичного действия или хода.

«Мир взрослых Гарри, Рона и Гермионы. Взгляд на их юность с высоты прожитых лет, переосмысление». Я приготовила себя к тому, что это будет визит к психиатру с вытаскиванием на свет того, что я, как и многие другие читатели, возможно не очень-то и хочу знать, но мы уже взрослые, а значит, надо. А на деле получилось, что это как бы взрослая жизнь, но такая, какой себе её представляют не очень умные подростки с пылкой фантазией.

А ещё вы замечали, что все семьи в историях Роулинг до тошноты счастливые? Даже мразотные мистер и миссис Дурсль друг друга обожают, даже у Малфоев любовь и все дела. У всех её взрослых либо любовь до гроба, либо один из пары трагически гибнет и второй, как лебедь, доживает свой век один. Пожалуй, это единственная роулинговская фишка, которую подхватили те два мужика, которые написали восьмую часть. Потому что, конечно же, во взрослой жизни только так, как в сказках про принцесс.

 

«Читая мир», страны 5 -10

Вычеркнула из географического списка ещё несколько стран. Дополнение: я решила считать Великобританию по регионам, т.е. по книге с Англии, Уэльса, Шотландии и Северной Ирландии, заодно поняла, что пока ещё не читала литературу последней.

Страны 1-4 тут.

Ирландия. Роман The Commitments Родди Дойла. В 2006 году смотрела экранизацию Алана Паркера и вот сюрприз, оказывается я её помню настолько хорошо, что чтение книги оказалось как чтение сценария к данному фильму. Несколько дублинских оболтусов собираются в музыкальную группу и, вопреки тогдашней моде на U2, играют соул и блюз. Произведение Дойла феерично, хотя бы тем, что почти полностью построено на живых диалогах, с вкраплениями репетиций группы и их выступлений. Но если выбирать между книгой и фильмом, то я, наверно, предпочту второй. На русский язык роман не переводился.

Англия. Джонатан Коу «Клуб ракалий» (читала на английском). Я не знаю, то ли мне она настолько в настроение попала, то ли книга на самом деле чудо, как хороша. В любом случае свою десяточку от меня она заслужила и я даже приобрела бумажный вариант. Рассказ о жизни подростков и их родителей в Бирмингеме 1970-х в окружении всего того, что тогда сотрясало Великобританию, а это и ИРА, и начинающиеся забастовки, и панк, и NME, и национализм. Книга, над которой можно и подумать, и посмеяться, и поплакать. Надеюсь со временем выложить на неё более полный отзыв.

Уэльс. Дилан Томас «Портрет художника в щенячестве». Автобиографичный роман классика валлийской литературы больше похож на сборник повестей, в каждой из которой рассказывается об отдельном эпизоде из его детства и юности, которые пришлись на 20-30 гг ХХ века. По ходу чтения само собой пришлось сравнение с Шукшиным, за любовь к малой родине, за рассказы о маленьких людях, за умение использовать одно-два слова, чтобы абсолютно точно охарактеризовать персонажа на все 100%, за самобытность, за мягкий и ни на что не похожий юмор и за честность. В общем, Дилан Томас отправляется в любимые писатели с первого же произведения.

Италия. Бьянка Питцорно «Послушай моё сердце». Автобиографичный, как я поняла, роман, о школьных годах писательницы, которые она провела на о.Сардиния. Стык сороковых и пятидесятых, 4 подружки из зажиточных и уважаемых семейств ходят в начальную школу и пытаются противостоять классовой несправедливости, которую устраивает местная учительница и некоторые ученицы. Пытаются в основном на словах, а не на деле. Я не жду от детей оголтелых робингудских поступков, но так как в памяти живы подобные героини Астрид Линдгрен и их поступки, то читать только про то, как девочки негодуют в своём дружеском кружке за несправедливости в этом мире как-то уже не очень. Тем не менее, хочу прочитать продолжение.

Мальта. Тревор Зара «Тайная жизнь бабушки Женовеффы» — отзыв тут

Ещё подумала и зачла себе Иран с прочитанным в прошлом году «Персеполисом».

 

 

Тревор Зара «Тайная жизнь бабушки Женовеффы»

«Поучительный и полный юмора роман современного мальтийского писателя Тревора Зара». О чём умолчала аннотация? О том, что роман этот эротический, упс.

boocover

В двух словах: Женовеффа, до того, как стала чьей-то бабушкой, открыла для себя все прелести секса (до этого она открыла их не все) и 25 лет с мужем занималась им по всякому и везде, при любой удобной возможности. А после его смерти год погоревала и обнаружила, что секс на этом не кончился, так как не перевелись ещё мужики и что если очень хочется, то можно обойтись первым попавшимся под руку фаллическим предметом. ОК.

Утрирую, конечно. Этот роман о том, что женщине вовсе не нужен мужик, чтобы жить в гармонии с самой собой. Но раз тут несколько раз встречалось словосочетание «его могучий член», то всё же нет. Но местами забавно, правда.

Саймон Рейнольдс «Ретромания»

Спасибо за отличное начало, которое вернуло меня к прослушиванию альбомов целиком, а то я уже забыла что это такое. Или даже не так, научило меня этому заново. Чтобы не шаффл (скип-скип-скип-скип-скип-а ну вот норм песня, можно послушать-скип-скип-скип), а чтобы альбом и ещё желательно, чтобы перед глазами были тексты песен, а то ведь реально получается усвоить чью-то работу лишь наполовину. Я, в первую очередь, западаю на мелодию, а потом уже узнаю, что я как в той рекламе про изучение английского языка, радостно пою о том, что я проститутка или не менее радостно трясу хайром под песню о самоубийстве.

И ещё за то, что я, надеюсь окончательно, поняла, что качать музло и книжки нахаляву больше не буду. Не потому что из-за этого загнутся музыкальная и литературная индустрии, а потому что из-за этого загнусь я. Неограниченный доступ к информации губит прежде всего её потребителя. Зачем мне гигабайты музыки и книг, которые я накачала, но до сих пор не прослушала и не прочитала? Ну вот зачем? А когда за что-то, что хочется, приходится отстёгивать денежку, тут начинается естественный отбор, который, прежде всего, сохраняет душевное спокойствие. Так что да, спасибо, Саймон, за то, что помог это понять.

Дальше мысли Рейнольдса растеклись по древу. Человек — реальный профессионал своего дела. Я его читала и понимала, что я не просто дилетант в музыке, а полнейший чайник, что я ничего и никого не знаю, что мои музыкальные познания — капля в море и от этого стало как-то тоскливо, если честно.

Да, я больше всего люблю группы, которые знаю не один десяток лет (true love существует), да, новички в ряды моих любимцев попадают очень редко и со скрипом (последнее пополнение списка фаворитов — Public Service Broadcasting, о которых я узнала в 2014 году), но если до прочтения «Ретромании» я не ставила себе это в вину, то теперь я чуть ли не чувствую на себе ответственность за то, что в нулевые в музыке не было ничего нового, только хорошо переработанное старое.

«Ретроманию» оказалось не так-то просто читать, как раз таки из-за того, что автор знает, что он пишет и идеальный читатель для его труда — такой же эрудированный и музыкально просвещённый человек, а как вы уже поняли — это не я, увы. Нет, до книги-то я себя считала вполне продвинутой, три хаха. Мысли Рейнольдса скачут от одного к другому, поток информации неиссякаем и подача её бессистемна. Всё это вместе привело к тому, что дойдя до середины я решила, что пока что хватит. Может быть когда-нибудь, но точно не сейчас.

Книги марта 2016

  1. Карсон Маккаллерс «Участница свадьбы»

boocover

Мне кажется, будто с меня сняли всю кожу. Съесть бы сейчас шоколадного мороженого.

Повесть о взрослении, которую надо обязательно читать жарко-сонно-ленивым летом, а не в серо-уныло-тленном марте. Американский юг, сороковые годы. Девочка по имени Фрэнки решила, что она уже выросла, но вроде это случилось не по её хотению, поэтому всё не то и всё не так. Чтобы всё наладилось надо сбежать, лучше всего со старшим братом, который вот-вот женится и непременно заберёт Фрэнки с собой. На новом месте у неё будет новая, простая и понятная жизнь, как раньше, а не то, что сейчас. Девочка, влюблённая в свадьбу. Книга, которая с простотой разбивает сердце читателя, но оно того стоит. Одна из лучших вещей, которые мне когда-либо попадались.

Читать далее

non-fiction 12-12 (март) Памела Трэверс «Московская экскурсия»

Интересное наблюдение: оказывается, туристические записки написанные в 1932 году об уже несуществующей стране под названием СССР, вызывают бомбёжку у некоторых жителей современной России. Чёто им стало обидно от того, что какая-то иностранка посмела сказать «фе» тому, что в гостиницах не было света, тепла и затычек для ванной, что магазины стояли пустые, что их не водили ни в галереи, ни в музеи, а на фабрики и заводы (удиви британца заводом, да), что советы гордились тем, что разрушили дофига памятников зодчества, превратив те в овощные склады, что вместо реальных колхозов их возили по потёмкинским деревням, для того, чтобы совершить звонок из гостиницы (не международный), надо было дать взятку и желательно продуктами, что курс, по которому обменивали фунты на рубли очень сильно отличался от банковского, а выхода не было, либо покупай 1 руб за 100 фунтов (грубо говоря), либо помирай, что советские граждане, которых им показывали, как в зоопарке, били себя пятками в грудь, утверждая, как они счастливы жить в СССР (а мясца у вас не найдётся? вы ж из буржуйской страны, ну), и что люди с живыми эмоциями всё это время прятались в театре, как на сцене, так и в зале.

Да ты, да ты, да ты в свою Англию езжай и про неё гадости пиши, ваще! Понаехала тут.

boocover

Очевидно, Советы озабочены не столько атеизмом, сколько тем, как бы, свергнув одного Бога, превознести другого — Человека — и утвердить идеальный Рай здесь и сейчас. Небеса на земле, Ленин как икона, и хор ангелов Коммунистической партии. Нет народа более исконно религиозного, чем русские, — просто ныне они обратили свою веру в новом направлении.

Ироничный, язвительный текст приправлен огромным количеством шикарных архивных фотографий того времени, настоящий экскурс в историю. Да, с уколом, но это всяко лучше, чем с пеной у рта.

 

Joe Dunthore «Submarine»

Книга для несчастливых людей.

boocover

I sit on the bench and put my head in my hands. I think about what would be the most interesting way to commit suicide: a skydive on to a Kremlin steeple, hanging from the hanging gardens of Babylon, falling on my own sword at the annual Singleton Park medieval recreation battle. I ruffle my hair and rub my eyes. I want to make it clear to passers-by that I am unhappy.

Мне кажется, что есть целый пласт литературы художественной, которую нельзя читать когда ты счастлив или когда всё просто хорошо, всё ок, всё норм. Её надо читать, когда ты немного drama queen, когда случилось что-то, что настолько выбило тебя из колеи, что ты никак не можешь залезть в неё обратно и всё, что происходит — не имеет смысла, и все окружающие кажутся глупыми до невозможности, всё фигня. Возвращение в тинейджерство с его перепадами настроения, нигилизмом и максимализмом. В 2009 году, будучи в таком настроении всю вторую половину года, я с небывалым восторгом встретила «Над пропастью во ржи» Сэлинджера, «Мулей» Эрленда Лу, скандинавскую прозу (не криминальную, просто про жизу). Прочитай я их в обычном настроении, то вряд ли они б упали на благодатную почву.

Так получилось, что в свой пубертат я вернулась 21 апреля этого года. Сначала было много мелких событий, которые повлияли на мой настрой, а конечной точкой стала короткая поездка в Хельсинки, из которой я вернулась абсолютно разбитым и несчастным человеком. Так бывает. И тогда я вспомнила про «Субмарину». Книга про депрессивного подростка из Суонзи (Уэльс, что очень важно). Ещё один роман в копилку не для fucking shiny happy people.

Один из моих знакомых сейчас тусит в Майами. Постит фоточки пляжа, твиты с крутых вечеринок, а я думаю, можно ли написать хорошую музыку, если ты живёшь в долбанном солнечном счастливом Майами, среди людей с белозубыми улыбками, разъезжающих на кабриолетах и качающих тугие жопы в спортзалах? Рэпчину про бабло можно там сочинять, но никто в Майами не напишет There Is a Light That Never Goes Out. С другой стороны, нафига она им нужна? Она будет там слушаться так же нелепо, как какая-нибудь Бьонси со своим глянцевым феминизмом в шахтёрской валлиской деревне. Господи, спасибо тебе за то, что я не родилась в Майами.

Возвращаюсь к «Субмарине». Она произвела на меня гораздо большее впечателение, чем любимая народом «The Perks of Being a Wallflower» Стивена Чбоски. И я думаю, что в этом случае очень важную роль играет национальность автора. Дерпессивные американские подростки страдают от сексуального насилия, совершённого над ними в глубоком детстве vs депрессивные британские подростки страдают от того, что бритиш погода не подразумевает счастливого тинейджерства.

В «Субмарине» очень много секса, взрослых мыслей, метких авторских слов и наблюдений и меланхолии. Говорят, что в экранизации акценты очень сильно сместили, впрочем, это я выясню в ближайшее время.

Никому не рекомендую, честное слово. Особенно, если у вас всё норм и вам нравится Чбоски.

«Читая мир», страны 1-4.

Из географического книжного вызова, в который я влезла вчера, вычеркнула 4 страны:

Афганистан. В 2010 году читала «Бегущего за ветром» Халеда Хоссейни. Сочла Афганистан достаточно редкой страной в литературном плане и зачла книгу задним числом. Роман мне не понравился, т.к. показался типичной манипулятивной вещью, которая знает куда бить читателя, стекла толчёного не жевавшего. Но зато прочиталась в один присест, что хорошо.

Армения. В прошлом году прочитала «Люди, которые всегда со мной» Наринэ Абгарян. Не смотря на то, что у меня в планах её «Понаехавшая», я решила всё же зачесть именно «Людей», так как дело происходит в Армении, а «Понаехавшая» уже про Москву. Проза Наринэ Абгарян живая и жизненная, но меня убивает жж-язык, который торчит почти из каждого предложения. «Люди, которые всегда со мной», не смотря на солнечное описание детства, оставили ощущение безысходности и печали, даже зачитывала её какими-то глупостями, вроде Мойес.

Эстония. В 2013 году, после первого посещения Таллина, прочитала первую часть цикла эстонской писательницы Леэло Тунгал «Товарищ ребёнок». Книги автобиографичны и рассказывают о детстве писательницы, 100% эстонки,  в Советской Эстонии. Книга якобы передаёт события глазами ребёнка, но слишком много осуждающего взрослого в этом ребёнке есть, поэтому читать продолжение не стала. Я не люблю когда в исторических книгах на каждой странице есть порицание, я привыкла сама выносить оценку происходящему и когда автор диктует мне, что я должна думать, чувствовать, и краснеть за то, что творили Советы,  мне такое категорически не по нраву.

Китай. Книгу «Заговор» писателя по имени Май Цзя я дочитала вчера вечером, уже после вступления в вызов, поэтому имею полное право эту страну зачесть, т.к. редкой её не считаю. К «Заговору» я приступала с большими надеждами (сама виновата) и обломалась довольно быстро. Интереснейшее начало, и просто невероятная нудятина и скука дальше. Роман, который рассказывает о работе китайской службы гос.безопасности 50-60 годов, состоит из трёх объёмных глав и четырёх историй. Первая про слепого человека, который на слух вычислял радиочастоты противника, вторая про взбалмошную девушку-математика, которая ломала очень сложный код, третья тоже про декодера, четвёртая про труп солдата, который повлиял на ход войны во Вьетнаме. Самая объёмная — история девушки-математика и божечки, какая же она дотошная, нудная, скучная. 10 старниц описывают сам код, его особенности, следующие 10 страниц математичка бегает за товарищем начальником и признаётся ему в любви, а он бегает от неё, потом следующие 10 старниц про код и так всю главу. Книга позиционируется как «лёгкая и увлекательная», но по вот этим 300 страницам (из 400) этого совсем не скажешь. Зато какой крутой была заключительная часть про труп вьетнамского солдата! Вот всю бы книгу так.

Не знаю, могу ли я зачесть Эфиопию с «Рассечением Стоуна» Вергезе. Дело в том, что автор хоть и родился в Эфиопии, но по национальности он индус и страну покинул вместе с родителями после свержения правительства, дальше обосновался в США.

Книги февраля 2016

  1. Вальдемар Крюгер «Wolga-матушка. Повесть о Давиде и Доротее»

i505306

Революция туда, революция сюда, а огород садить надо при любой власти.

Первый большой облом — 2016.

Многообещающая история семьи немцев Поволжья, которая тянется с начала ХХ века и до самого его конца, оказалась весьма противоречивым чтением. Больше всего этой книге не хватает редактуры, ибо авторский стиль очень быстро стал подбешивать своей лубочностью. Самоповторы, брюзжание, графомания — вот это всё. Увы, этот недостаток очень сильно перевесил все достоинства книги (а они тут тоже, несомненно, присутствуют). 4/10

Читать далее

A Tree Grows In Brooklyn

«Someday you’ll remember what I said and you’ll thank me for it.» Francie wished adults would stop telling her that. Already the load of thanks in the future was weighing her down. She figured she’d have to spend the best years of her womanhood hunting up people to tell them that they were right and to thank them.

Несколько часов назад я перевернула последнюю страницу самой прекрасной книги, которая попалась мне за последние два года. Это роман американской писательницы Бетти Смит A Tree Grows In Brooklyn. Я читала этот пухленький томишко (619 стр) две недели, могла бы и быстрей, но это не тот случай. Мне совершенно не хотелось, чтобы книга заканчивалась, мне не хотелось её отпускать, не хотелось дочитывать и говорить «Прощай, Фрэнси».

17718086

Жизнь девочки Фрэнси Нолан, её младшего брата Нили, её мамы Кэти и папы Джонни, её тётушек Сисси и Иви, её бабушки, её дядюшек, её соседей, её Бруклина. А друзей у неё нет, потому что ей их заменяют книги.

Семья Нолан — типичные жители Бруклина начала ХХ века, их родители приехали кто откуда (мама австрийка, папа ирландец), они считают пенни и могут три дня сидеть без еды и угля для печки, но они слишком горды и независимы, чтобы питаться бесплатными обедами в церкви.

Маленькие зарисовки Бруклина на фоне истории взросления Фрэнси Нолан, которая очень любит своего бестолкового папу Джонни, который не умеет быть семьянином. Фрэнси любит свою маму, вся беззаботность которой ушла, после того, как родилась Фрэнни, ибо мама Кэти поняла, что помощи от Джонни ждать не стоит и в этой семье мужиком будет она. Любит своего братца Нили, с которым они по субботам собирали железяки и относили их старьёвщику, который давал им за это по пенни (+ 1 пенни девочкам, за то, что те позволяли ущипнуть себя за щёку), а на пенни можно купить целый кулёчек конфет, это ли не праздник! А каждый вечер перед сном мама читала им одну страницу из протестантской «Библии» (хоть они и католики), которую тётушка Сисси спёрла из отеля в котором развлекалась со своей очередной БОЛЬШОЙ ЛЮБОВЬЮ, и одну страницу из собраний сочинений Уильяма Шекспира, потому что неграмотная бабушка сказала, что главное, что можно дать детям, это образование.

Книга была написана в 1943 году, когда весь мир лихорадило от Второй мировой, а в Бруклине Бетти Смит так спокойно, так ярко, так живо, что ну и что, что бедно. Ни строчки ханжества и фальши, только простота, правдивость и откровение, которое в современных книгах-то не встретишь, а тут находишь в романе, который написан уже в настолько другом далёком времени, что будто бы на другой планете.

Ужасно жаль, что «Дерево растёт в Бруклине» никогда не переводили на русский язык. Может быть, когда-нибудь…