non-fiction 12-12 (март) Памела Трэверс «Московская экскурсия»

Интересное наблюдение: оказывается, туристические записки написанные в 1932 году об уже несуществующей стране под названием СССР, вызывают бомбёжку у некоторых жителей современной России. Чёто им стало обидно от того, что какая-то иностранка посмела сказать «фе» тому, что в гостиницах не было света, тепла и затычек для ванной, что магазины стояли пустые, что их не водили ни в галереи, ни в музеи, а на фабрики и заводы (удиви британца заводом, да), что советы гордились тем, что разрушили дофига памятников зодчества, превратив те в овощные склады, что вместо реальных колхозов их возили по потёмкинским деревням, для того, чтобы совершить звонок из гостиницы (не международный), надо было дать взятку и желательно продуктами, что курс, по которому обменивали фунты на рубли очень сильно отличался от банковского, а выхода не было, либо покупай 1 руб за 100 фунтов (грубо говоря), либо помирай, что советские граждане, которых им показывали, как в зоопарке, били себя пятками в грудь, утверждая, как они счастливы жить в СССР (а мясца у вас не найдётся? вы ж из буржуйской страны, ну), и что люди с живыми эмоциями всё это время прятались в театре, как на сцене, так и в зале.

Да ты, да ты, да ты в свою Англию езжай и про неё гадости пиши, ваще! Понаехала тут.

boocover

Очевидно, Советы озабочены не столько атеизмом, сколько тем, как бы, свергнув одного Бога, превознести другого — Человека — и утвердить идеальный Рай здесь и сейчас. Небеса на земле, Ленин как икона, и хор ангелов Коммунистической партии. Нет народа более исконно религиозного, чем русские, — просто ныне они обратили свою веру в новом направлении.

Ироничный, язвительный текст приправлен огромным количеством шикарных архивных фотографий того времени, настоящий экскурс в историю. Да, с уколом, но это всяко лучше, чем с пеной у рта.

 

Ольга Грушина «Очередь»

Нет, не на Серова, хотя, я могу поспорить, что и в ней стояли уникумы, которые вполне бы могли написать повесть или роман о пережитом. Очередь за билетом на концерт Стравинского в СССР в 1962 году.

Интересный момент — 1: перелопатив достаточное количество статей, посвящённых Стравинскому, я не нашла никаких особых упоминаний о его приезде. Везде встречается краткое: «приехал по приглашению, дал несколько концертов в Москве и Ленинграде». И ни слова о том, что это были уникальные гастроли, т.к. Стравинский не вернулся в Россию после революции (он покинул её в 1914 году), что очередь на концерт, который состоялся в Ленинградской филармонии сформировалась за год до события. Двоюродная сестра Стравинского, простояв в этой очереди весь год, осталась без билета и концерт она смотрела дома по телевизору. Эту информацию я нашла в самом начале романа, в разделе «от автора».

boocover

События романа «Очередь» происходят в неназванном городе в СССР, но это не просто СССР, а СССР доведённый до крайности и абсурда, из-за этого от книги веет фантасмагорией. Есть семья (бабушка, мама, папа и сын в пубертате), со своей стабильной советской жизнью, которая летит к чертям, после того, как они решили встать в очередь за билетом (за одним!) на концерт некого всемрино знаменитого композитора Селинского. Папа-музыкант влюбляется в молодую женщину из очереди, пацан знакомится с фарцовщиками и блатными, мама-училка заводит дружбу со спекулянтшей. В очереди знакомятся, влюбляются, собачатся, рожают, в ней живут и умирают. И ждут, ждут, ждут, ждут, что вот-вот откроется окошко и хмурая тётка начнёт продавать им счастье.

В самом начале люди, которые выстраиваются у киоска, даже не знают, за чем стоят, каждый стоит за своим, кто-то за шёлковым шарфиком, кто-то за импортными сапогами, кто-то за тортиком «Наполеон», кто-то за зубной пастой или душистым мылом. Все стоят за материальным, но прекрасным, за тем, чего не хватает, за тем, чего очень хочется, за мечтами. Потому что задолбало ходить в уродских ботинках «прощай, молодость», носить самолично вязанный шарф из ниток цвета «детской неожиданности», есть пирожные из прогорклого масла и с подгнившыми фруктами и мыться сомнительным мылом «детское».

Всегда, когда я читаю / смотрю что-то про СССР, меня больше всего удивляет дефицит и отсутсвие малой промышленности. Ну почему? Почему? Почему была такая проблема делать душистое мыло, а не вонючее? Почему одежда и обувь были похожи на армейское обмундирование (да ещё поди её найди в свободной продаже), женские колготки — это что-то коричневое, в отвисшими коленями и мотнёй после первой носки (и треники мужские, я помню у папы такие были). Я так и не нашла вразумительного объяснения о том, почему эстетика и изобилие были врагами советской власти. Коммунизм надо строить в говнодавах, товарищи!

Город с очередью — это пик депрессии и мрачняка. Одинаковые серые дома, злые люди, загаженные дворы, парки, вонючие зассанные подъезды, облава на тунеядцев, а по радио «нам песня строить и жить помогает», «правильной дорогой идём, товарищи».

Интересный момент — 2: роман идеально подходит для театральной сцены.* Я читала первую главу, а у меня перед глазами стояла сцена, декорации, актёры. Невероятный эффект, никогда раньше такого не встерчала. Кино перед галазами, при прочтении книг, было, театр же в первый раз.

Уставать от серости, загаженности и стояния в очереди я начала достаточно быстро. От давящей атмосферы безысходности и абсурда хотелось поскорей вынырнуть на поверхность, глотнуть свежего воздуха. Антиутопия, как она есть. Книге поставила нейтрально ибо уж очень скоро захотелось, чтобы она закончилась и опять же, притча и гипербола.

  • Achtung: мнение диванного эксперта!

 

 

Friday Reads

С утра бегала по врачам и в очередях начала читать любопытную вещь под названием «Танки в Праге, Джоконда в Москве. Азарт и стыд семидесятых», авторы Мария и Аркадий Дубновы.

boocover (1)

Прочитала я совсем немного и могу сказать, что это сборник рассказов абсолютно разных людей, которые вспоминают чем для них были знаменательны семидесятые годы. Естественно речь идёт о жителях бывшего СССР, более того, в книге собраны только рассказы москвичей, так что если быть объективным, то это книга о том, чем жила московская интеллигенция семидесятых.

Вообще, у меня по плану стоял Кабре и его загадочный роман «Я исповедуюсь», но решила отложить его ненадолго.

Анатолий Приставкин «Ночевала тучка золотая»

Всю сознательную жизнь я избегаю взрослой литературы с драм.уклоном, в которой идёт речь о детях и животных. Потому что там, в основном, по умолчанию будет угнетение слабых сильными, издевательство над неравными по силе и виду. Я к нежным фиалкам себя не причисляю, читаю достаточно много художки и нонфикшена на тему Второй мировой, ВОВ и репрессиях, так что в какой-то мере я читатель подготовленный, но не железный же.

Anatolij_Pristavkin__Nochevala_tuchka_zolotaya
«Тучку» дочитывала вчера в ночи (а ведь знаю, что нельзя эмоциональными книгами-фильмами заканчивать день) и в итоге полночи закрывала глаза и видела Сашку.
Я совсем не ожидала от повести чудесного языка и ярчайших персонажей, вернее, сказать, что я чего-то ждала от неё в принципе — уже неверно. Тогда по-другому, я получила великолепно написанную повесть с ярчайшими персонажами, события которой просто вставали у меня перед глазами, даже не надо особо трудиться над подключением фантазии —  каждая строчка рождает в мыслях целую и детальную картинку: вот Сашка с Колькой роют подкоп, вот они на третьей полке в поезде, вот ребятня набегает на поле с овощами, а потом мается желудками, вот концерт в колонии, вот банки со сливовым джемом плывут в галоше, а вот и Регина курит самокруточку и Портфельчик пытается урезонить своих воспитанников. А вот и кукурузное поле, среди которого прячется Колька, а вот и Сашка…и ящик собачий. «Путешествие» в собачьем ящике — это, наверно, один из самых сильных эпизодов, которые мне когда-либо в литературе попадались.
И спектр эмоций, от хохота до холодного ужаса и безнадёги.
Замечательная повесть. Я не зря её боялась, но ничуть не жалею, что прочитала.

Дальше спойлерный вопрос к читавшим:

Читать далее

Friday Reads

Вчера вечером закончила с первой частью неаполитанской житейской драмы My Brilliant Friend. И не смотря на то, что дальше по плану у меня было «Железо, ржавое железо» Бёрджесса, рука сама по себе потянулась к биографии Сталина, прости господи. Свои читательские предпочтения я бы назвала так «книжный винегрет». Никакой логики в выборе чтения, его последовательности и структуре у меня нет, что хочу, то ворочу.

Oleg_Hlevnyuk__Stalin._Zhizn_odnogo_vozhdya

К выбору биографии о И.В. Сталине я подходила довольно тщательно, уж очень много спекулятивной шляпы написано и издано на тему вождя и его окружения. Ну как тщательно? Я просто доверилась издательству Corpus, которое в начале года выпустило книгу историка Олега Хлевнюка под названием «Сталин. Жизнь одного вождя». И вот надо же такому случиться, что с самых первых строк введения, Олег Витальевич развеял мои опасения по поводу правильности выбора книги: «Эта книга будет неинтересна авторам «Иного Сталина», «Подлых мифов о Сталине», «Сталина Великого», «России за Сталина», «Настольной книги сталиниста» (wut?), «Убийства Сталина» и прочего, а также их почитателям. Я писал эту книгу для тех, кто (как и я сам) хотели бы понять Сталина и его эпоху, характер и логику действий советского диктатора, оказавшего столь значительное влияние на развитие нашей страны.» Т.е. такой «Сталин 101».

Потом я посмотрела на ролик, в котором Олег Хлевнюк рассказывает о поре «Большого террора» в 1937 — 1938 годах и кажется немного зафанатела. Всегда восхищалась и буду восхищаться людьми, которые способны запоминать огромное количество информации, анализировать её, правильно трактовать и интересно подавать. Ужасно жаль, что я не попадаю на его лекцию, которая будет в Москве завтра.

Friday Reads — 13

Я делаю всё, что угодно, лишь бы не читать «Зулейху». Потому что если я продолжу её читать, то она закончится.

Guzel_Yahina__Zulejha_otkryvaet_glaza

PS Я чуть-чуть обрезала обложку снизу, потому что там выдержка из рецензии Людмилы Улицкой. Очень вульгарная и неуместная.